Browse By

Севастополь: изыскания древностей на морском берегу

У мыса Парфенион г-да Гюо и Раффе спустились к морскому берегу, лежавшему футов на 500 ниже нас. Г. Гюо усмотрел на этом берегу следы лавы, а Раффе хотел поближе осмотреть два остроконечных утеса, которые можно бы было назвать Орестом и Пиладом. Эти каменные братья возносятся из глубины моря и доступны только для птиц. Вообще с такими естественными явлениями всегда бывает сопряжена какая-нибудь сказка, а потому здешние жители уверяют, что на вершинах этих недоступных утесов находится огромное количество золотого песка. Народы, уже переставшие верить феям и волшебникам, обыкновенно мечтают о золоте. Несчастные, они не знают, что золото скрывается в недрах земли, не растет, как мох, на скалах и что добывание его обходится дороже, нежели оно стоит в самом деле!

Между тем как наши товарищи бродили по морскому берегу, мы предавались изысканиям древностей: однако, когда первый пыл воображения остыл, мы увидели себя лицом к лицу с существенностью прекрасной, но все-таки прозаической. Часы летели, Михаил Барба-Кристи давно уже отправился с телегами вперед, по дороге к Балаклаве, время, назначенное для общего сбора, прошло, а наши товарищи еще не возвращались. Мы кричали, стреляли, но сигналы наши оставались без ответа, наконец со стороны моря послышался легкий шум, внушивший нам живейшие опасения. Руссо тотчас бросился в ту сторону, а мы между тем стояли в недоумении, опасаясь, не случилось ли с кем-нибудь из двух товарищей наших, спустившихся на берег, какого-либо несчастья. Мы не знали, каким образом в таком случае втащить его на отвесную крутизну, чем пособить ему, потому что инструменты доктора Левелье были отправлены вперед вместе с обозом. Наконец Руссо выстрелил два раза из ружья: это значило, что в самом деле случилось несчастье. Но в чем оно состояло, мы еще не знали. Тотчас доктор Левелье и несколько человек из наших товарищей сели в две телеги и поскакали к месту приключения.

Благодаря Богу, несчастье было не так велико, как мы опасались. Г. Гюо, утомясь до чрезвычайности, не мог взобраться на крутой скат мыса, силы два раза изменяли ему до такой степени, что он лишался чувств. По счастью, Раффе вовремя подоспел к нему на помощь. Он возвратил его к памяти, искупав в морской воде, и кричал изо всех сил, призывая нас, но это было так далеко, что мы ничего не слыхали. Тогда г-н Гюо опять пытался карабкаться на мыс, но снова впадал в бесчувственность и наконец вынужден был опорожнить свои карманы, в которых было около двух пудов разных окаменелостей. Тогда только наш геолог добрался до платформы, куда мы могли поспешить к нему на помощь. Здесь уложили мы его на телегу, на сено и тихонько повезли в Балаклаву.

Лит.: А.Н. и его «Путешествие в Южную Россию и в 1837 году».

*****