«Шли бои за Крым. Немцы прилагали все силы, чтобы удержаться на полуострове. Крым давал им возможность наносить воздушные удары по нефтепромыслам Майкопа и Грозного. Этот полуостров играл и важную политическую роль.
….
Самым трудным участком на пути в Крым был, конечно, почти пятикилометровый пролив. И особенно в непогоду, когда море начинало бушевать. Как укротить его при той технике, которой располагала Приморская [302] армия? Плавучих средств не хватало, весь транспортный флот затоплен неприятелем. Мост быстро не перекинешь, да его, кажется, никогда и не пытались всерьез наводить даже в мирное время. Самолетами всего не подашь. К тому же их мало.
Тут-то М. Ф. Довгаль и Н. М. Содман-Михайлоп вспомнили о канатке, оставленной в горах Кавказа. Они решили перевезти ее на Таманский полуостров. Запросили мнение Главного дорожного управления.

Реальность такого проекта подтверждалась и опытом гитлеровцев. Они хотя и недолго, но пользовались подобным сооружением. При отступлении фашисты разобрали, его. За канатку было и то, что в проливе часто бушевали штормы. А берега Крыма скалистые, обрывистые, волны бросали на них мелкие суда, и те разбивались в щепки.

Вопрос о канатной дороге был поставлен на обсуждение Военного совета Отдельной Приморской армии. Он состоялся 27 ноября 1943 года. С докладом выступил начальник дорожного отдела армии М. Ф. Довгаль. У канатки оказались и противники. Их можно было понять: ведь такое сооружение все-таки громоздкое, трудоемкое и в сложной боевой обстановке еще не испытывалось. Однако проект, разработанный инженер-майором А. С. Кучеренко, инженер-капитаном О. М. Гайдовским совместно с инженером Краснодарского Ушосдора А. А. Дроновым, поддержали и одобрили представитель Ставки Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов, командарм И. Е. Петров, его заместитель Н. А. Найденов. Военный совет разрешил для доставки канатки направить в горы автобат и использовать 100 тонн горючего. Демонтаж, погрузка и доставка конструкций возлагались на 25-й отдельный дорожно-эксплуатационный батальон, которым командовал подполковник С. А. Бологин. Он возглавил и всю экспедицию.
Через восемь дней канатная дорога была доставлена на станцию Крымская. Здесь ее сгрузили и один комплект развернули для опробования. Предварительные расчеты в основном подтвердились. Но выявились и недостатки. Не годились несущие тросы. Их можно было подменить ведущими, но тогда как быть без последних? Не годились и деревянные опоры. Их требовалось усилить в 3–4 раза и поставить на прочный фундамент. Для мачт опорами могли служить только кусты свай с системой [303] раскосов, схваток и других креплений в надводной части. По существу, пришлось проектировать новое сложное сооружение с использованием элементов привезенной канатной дороги. Многие узлы и детали надо было создавать заново.
Оперативная группа проектировщиков выехала на косу Чушка. Возглавил ее помощник начальника дорожного отдела инженер-подполковник М. Амбалов. Главным инженером группы был назначен инженер-майор К. Р. Кучеренко. Ось створа будущей дороги проектировщики выбрали между Еникале и крайней точкой на косе Чушка. Ширина пролива в этом месте не превышала четырех с половиной километров. Вся береговая зона с той и другой стороны находилась в пределах досягаемости артиллерийского огня противника. Командующий армией, утверждая ось створа канатки, обещал надежно прикрыть строителей огнем.
Мало какими остатками немецкой канатки могли воспользоваться дорожники. По данным авиаразведки, эта дорога была построена гитлеровцами в апреле — мае 1943 года. На таманском берегу располагались анкерная станция несущих канатов и натяжное устройство с противовесом для тягового каната. На керченском — натяжная станция несущих канатов и привод тягового Каната. Судя по обрывкам, диаметр несущего троса равнялся 36 миллиметрам. Число опор, как показывали их остатки, — 23. Расстояние между ними 200–250 метров. Деревянными были только мачты. Все остальные узлы сооружения — из металла и бетона.
Группа Амбалова решила ставить опоры через каждые 250 метров. Диаметр несущего каната был выбран в 28 миллиметров. Трос пришлось заказывать на заводе. Ширину колеи увеличили с полутора метров до двух с половиной. Это гарантировало от захлестывания тросов при сильных ветрах. На полтора метра больше сделали и ширину порталов опор. Судоходный канал пролива полностью перекрывался пролетом, равным 225 метрам. Это обеспечивало свободный и безопасный проход судов из Азовского в Черное море и обратно.
Дно пролива на середине было песчаное. У берегов — илистое со слоями песка. Лунно-солнечные приливы и отливы неравномерны. Течение воды — в двух направлениях. Сильнее — из Азовского в Черное. В середине января [304] здесь обычно появляется неустойчивый ледяной покров. Постепенно пролив сковывается морозом, толщина льда колеблется от 20 до 40 сантиметров. Иногда образуются настолько мощные торосы, что сквозь них с трудом пробиваются ледоколы. Сообщение по льду возможно, но лишь на короткое время и в суровые зимы.
Общая длина канатной дороги составила 5100 метров. Всю линию разбили на два натяжных участка. На середине пролива запроектировали двойную натяжную станцию. Ее задача — уменьшить силу трения канатов. На берегу косы Чушка предусматривалась погрузочная станция. Здесь же должны были производиться анкеровка несущих тросов, находиться запасный привод тягового каната и натяжная станция для него. Такие же устройства намечались и на крымском берегу. Расчетная скорость движения вагонеток не превышала полутора метров в секунду. Полезная нагрузка вагонетки — 300 килограммов. Расчетная производительность дороги в час составляла 22 тонны, в сутки — при двухсменной работе — 300 тонн. По мере усиления оборудования производительность могла быть доведена до 500 и 600 тонн. Но фактически в первые дни эксплуатации провозная способность канатки равнялась 100 тоннам в сутки.
Основные работы по возведению подвесной дороги возлагались на три мостостроительных батальона: 24-й ОМСБ под командованием капитана Георгия Павловича Крутикова (с керченской стороны), 96-й ОМСБ (командир майор Степан Пантелеймонович Загреба) и 152-й ОМСБ (командир капитан Александр Ильич Грабовский) должны были вести строительство с Таманского полуострова. В распоряжении мостовиков имелось два деревянных рыбачьих сейнера с двигателями мощностью в 20 лошадиных сил, одна стотонная баржа, два плота из железных бочек, речная моторная лодка и трофейный катер. Его захватили дорожники во время ночного рейда к врагу за топливом. Обслуживал мостостроителей 431-й автотранспортный батальон.
Дожди со снегом, холодные ветры, штормы почти не прекращались. Настоящую землянку вырыть было невозможно. Копнешь грунт — сразу же выступает морская вода. Обваловку жилья не из чего сделать. Любой костер [305] — счастье. Но его не больно разложишь — противник засечет, обстреляет. Надо чем-то укрывать. А чем? В довершение этого на косе не было пресной воды.
Работать строителям тоже приходилось в суровых условиях. Море часто штормило. Волны сильно качали установленные на плотах дизель-молоты, не давали забивать сваи. Ветер дул в стрелы копров, как в паруса, и плот каждую минуту мог опрокинуться в море или разбиться о металлические опоры. Чтобы не смывало водой, солдаты привязывались веревками. На берегу была организована специальная служба погоды. Она предупреждала работавших в проливе о надвигающейся опасности. Штормовое предупреждение обязывало всех капитанов катеров немедленно выходить в пролив, брать плоты и подводить их к берегу. Однажды сильный туман не дал возможности судну своевременно подойти к плоту и отбуксировать его в надежное место. Плот с людьми унесло в Азовское море. Их искали несколько дней. Спасли полуживыми.
И все же работа подвигалась. Пришла пора возводить центральную натяжную станцию. Она напоминала собой каркас крупного заводского цеха. Конструкция эта собиралась на опоре из металлических свай. Надводные узлы сваривались. В одну из ночей над проливом засверкали синие огни пяти электросварочных аппаратов. Фашисты переполошились и открыли ураганную артиллерийскую стрельбу. Наши батареи с обоих берегов обрушили на противника ответный удар. А вдоль стройки непрерывно курсировали катера и с наветренной стороны ставили дымовые завесы. Дым разъедал глаза солдатам, снижал видимость. Но приходилось мириться, приспосабливаться. В конце концов, даже во время штормов плоты перестали уводить к берегу, а привязывали их к опорам.
Все шло более или менее успешно. Но вот приступили к монтажу башмаков под несущий канат, к креплению тросов и… споткнулись. Потребовалась экстренная помощь со стороны Главного дорожного управления. Мне позвонил Михаил Федорович Довгаль.
— Выручайте, дело остановилось. Не хватает опыта, не можем поставить башмаки под несущий канат. Некому работать на высоте, над морем. Нужны верхолазы.
В район строительства немедленно послали на самолете [306] специалиста по канатным дорогам инженера Зеленчёнка. За верхолазами обратились с просьбой к строителям крупных уральских заводов. Те ответили, что срочно прислать таких людей не могут. Я сообщил об этом Довгалю.
— Ну что ж, — сказал он, — отберем в батальонах смелых солдат и офицеров и обучим…
Через несколько дней Довгаль доложил:
— Вышли из положения. Наши солдаты пересилили высоту и водобоязнь.
Вскоре не только батальоны, но и роты обзавелись своими собственными верхолазами, монтажниками и механиками.
В середине января 1944 года строители получили с завода несущий трос диаметром 37 миллиметров. Его концы надо было соединять. Эта операция требовала специальных сортов стали и высокого класса точности работы. Попробовали — ничего не получилось. Довгаль снова позвонил к нам в Главное дорожное управление.
— Не можем счалить трос. Нет счальщиков.
Я вызвал к себе специалистов, спросил:
— Кто умеет или видел, как счаливается трос?
Никто не отозвался.
— На Кавказе немало канаток, — заметил генерал В. Т. Федоров. — Там и искать надо.
М. Ф. Довгаль срочно командировал своего представителя в горы, в рабочий поселок Тырны-Ауз, где давно действует канатная дорога. Там нашелся мастер по монтажу и счаливанию тросов Феодосий Иванович Пащевский. Его привезли на Тамань.
Феодосий Иванович, пожилой уже человек, вместе с солдатами трудился под артиллерийским и минометным огнем, обучал их своему искусству. Он уехал лишь тогда, когда подготовил достойных преемников.
Личный состав батальонов трудился самоотверженно. Пример показывали командиры Грабовский, Крутиков, Загреба, Нестеров, Соляник, Кобзарь, Скрыпки, политработники Несветайло, Рудницкий и многие другие. Они были на самых трудных и опасных участках.
У некоторых солдат и офицеров движение воды вызывало головокружение. Однажды с опоры сорвался командир роты старший лейтенант И. Д. Кобзарь. Его гибель казалась неминуемой. Но вслед за Кобзарем бросился [307] рядовой Константин Неведомский и спас своего ротного. Когда Ивану Даниловичу Кобзарю оказали медицинскую помощь, к нему подошел Михаил Федорович Довгаль и спросил:
— Что случилось, почему упал?
— Показалось, что опора стремительно полетела вниз, и я не помню, как сорвался.
Не обошлось и без жертв. Однажды группа солдат и офицеров ночью забивала сваи. Разыгрался шторм. Катер не сумел вовремя отбуксировать баржу, на которой был смонтирован копер, в защищенное место. Ее начало трепать. К рассвету над водой торчала только верхушка копра. За нее держались пострадавшие. Море продолжало бушевать и не давало катеру приблизиться к месту происшествия. Несколько человек все же удалось спасти, но четверо погибли.
Как потом выяснилось, баржа затонула потому, что ночью в нее попал вражеский снаряд.
А незадолго до окончания стройки неприятельский осколок сразил одного из энтузиастов канатки инженер-капитана Олега Михайловича Гайдовского. Случилось это так. Простуда свалила его с ног. Гайдовский метался в жару. Его хотели отправить в госпиталь. Однако Олег Михайлович Гайдовский стал упрашивать М. Ф. Довгаля:
— Не отправляйте меня никуда. Хочу взглянуть, как побежит на крымский берег первая вагонетка с грузом.
Довгаль уступил просьбе инженера, но сказал:
— Ни под каким видом не выходите из землянки.
Гайдовский обещал. Но когда готовились к пуску дороги, он украдкой перебрался к радистам, чтобы быть ближе к канатке. В этот момент над косой пролетел «мессершмитт» и сбросил бомбу. Она угодила в землянку, где находился Гайдовский. Радистов ранило, а Гайдовского нашли убитым.
Его похоронили в сквере города Темрюка. Надгробный памятник герою соорудили из металлических конструкций в виде опоры канатной дороги.
Несколько недель канатная дорога являлась единственным средством доставки грузов на крымский берег. Но потом в Керченский пролив пришло большое количество самоходных барж, паромов, катеров, сейнеров, различных судов и лодок. Штормы к этому времени утихли. [308]
В воздухе стала безраздельно господствовать наша авиация, а на земле — артиллерия. Теперь транспорты свободно курсировали по тихой глади пролива. Боеприпасы, горючее, продовольствие подавались на Керченский полуостров к любой точке, где находились наши войска. Канатка лишь помогала перевозке.
12 мая 1944 года Крым полностью был очищен от фашистских захватчиков.
Несколько забегая вперед, скажу, что о канатке мы снова вспомнили осенью 1944 года, когда войска 4-го Украинского фронта овладели северо-восточными склонами Карпат. Командующий фронтом генерал армии М. Е. Петров приказал установить ее на одном из самых труднодоступных перевалов.
Но пока канатную дорогу разобрали и доставили в Карпаты, надобность в ней уже отпала. Наступающие войска к тому времени ушли далеко вперед. »

Источник — militera.lib.ru/memo/russian/kondratev_zi/index.html

Пляжи бесплатные, пляжи и парки баз отдыха доступны и для посторонних. Хороши для маленьких детей, для семейного отдыха, интересны для молодежи.

В центре города Керчи пляжа нет. В районе Аршинцево есть Карантинский пляж (остановка автобуса «Институт» и вниз под обрыв), узкий и перегруженный приезжими, а в Войково есть несколько небольших пляжей.
Например, пляж у Дворца детского творчества получил от местного населения весьма нелестное название «Вонючка».
Сами керчане предпочитают просторный золотистый пляж Эльтигена. От него до Тобечикского озера практически можно идти целый день. Дно мелководья здесь, как и на Азове, интересно вдольбереговым песчаным валом. Это так называемый бар. Вначале довольно быстро входишь в воду по пояс или по грудь, затем дно поднимается, и уже по колено. На барах очень занятно играть, резвиться, прыгать на волне. Вода в проливе, тем более в мелководных бухтах с барами прогревается до 28 градусов, поэтому здесь купаются долго.

У подножия тридцатиметровых отвесных обрывов лёсса (глинистая горная порода) ютятся лишь узкие пляжики. Они интересны тем, что прямо в обрыве обнажаются прослои железной руды, а пляжная галька напоминает ржавые железяки, среди которых попадаются замещенные железом раковины древних моллюсков. Берег опасен при штормах, в прибрежном мелководье множество камней с острыми краями, а также выходы скользкой глины. После села Заветное на юг хорошие пляжи из песка и раковин моллюсков образуют лишь пересыпи небольших соленых озер. А выход к просторам Черного моря доставит лишь художественное наслаждение — здесь, у мыса Такыл (вполне подходящее неуютное название) нет ни деревень, ни деревьев, ни пляжей, ни безопасного спуска к воде.

На огромном протяжении черноморского берега Керченского полуострова вы можете не рассчитывать ни на один метр не только курортов, но и курортной целины. За исключением просторного и хорошо оборудованного пляжа у села Яковенково. Прямо над пляжем построена большая база отдыха с корпусами разного уровня комфорта, спортивными площадками и приятными цветниками. Отдыхающих в округе не особо много, так что на базу свободно пропускают и курортников из частного сектора в селе. Рыбацкие домики небольшие и как правило без удобств, цены – самые низкие в Крыму. Частные пансионаты только начинают свой бизнес. Цены в них лишь немногим выше чем в деревенских домах.

Прекрасные пляжи есть у горы Опук, но это зона заповедника. Здесь два озера — Кояшское и Узунларское отделены от моря отличными песчаными пересыпями. Ну и у мыса Чауда, завершающего дугу огромного Феодосийского залива, озеро Качик также отделено от моря песчаной пересыпью. К небольшому селу Черноморское ведет от Феодосийского шоссе 38 км дороги через пустыню, так что если на месте у берега вас никто не ждет, даже и не думайте сюда отправляться.

Так что вернемся в Керчь. В получасе езды от города в разных направлениях много хороших и просторных пляжей на пересыпях, песчаных косах, а также небольших «карманных» пляжей на оползневых склонах. Условия пролива характеризуются по селу Осовины: купальный сезон для взрослых с 21 мая по 9 октября, для детей с 30 мая по 14 сентября, холодных «течений» не бывает, но половина дней может быть со штормами (из них всего одна-две недели в 4 балла и выше), в бухточках и под защитой кос штормы, конечно, меньше. Солнца на проливе чуть больше, чем в Ялте — 1790 часов с апреля по октябрь, климат степной, осень неприятная с пронизывающими ветрами.

От мыса Хрони, разделяющего Керченский пролив и Азовское море, начинаются сотни километров курортной целины: бухта Булганак у села Юркино, безлюдная бухта Рифов, пересыпь Чокракского грязевого озера у села Курортное (бывшая Мама Русская), огромный пляж Казантипского залива с непривычными для Крыма, но родными для Балтики соснами на дюнах, которые, правда, еще и перемежаются посадками белой «акации» (с душистыми и съедобными, кстати, сладкими гроздьями цветов). Центр пляжа достижим от станции Пресноводная, пляжи у Мысового, Семеновки и города Щелкино на Арабатском заливе — все эти большие пляжи чередуются, разделяются обрывистыми участками с фантастическими нагромождениями сероватого ноздреватого керченского известняка, из которого море и ветер делают поразительные скульптуры; с оползневыми цирками, поросшими кустарником и камышом; с «карманными» пляжами, усеянными россыпями свежих раковин. И после этого всего, наконец от села Каменское — огромная Арабатская стрелка, 100 км ракушечного золотого песка, омываемого теплым и мелким морем с одной стороны и Сивашом с другой. Здесь почти настоящая пустыня, но в наш перегруженный и перенаселенный век это ли не достоинство?

Первый загар и выбор пляжей
По крайней мере за месяц до поездки к морю нужно готовить свою кожу к крымскому пеклу. Первые солнечные ванны принимайте дома и не дольше 15 минут. Изо дня в день увеличивайте прием «ультрафиолета», но не давайте солнцу размаривать себя.
Первые дни в Крыму проводите только в тени. Под прямыми солнечными лучами вы все равно проводите какое-то время в воде, ведь она действие лучей не ослабляет. Да и в дальнейшем, только в утренние и вечерние часы, или в пасмурную погоду можно обходиться без тени.
Побережье Керченского полуострова отличается большим разнообразием и неравноценностью, поскольку его омывают с разных сторон Азовское море с заливом Сиваш, Черное море и Керченский пролив.
Дно у берега может быть усеяно крупными глыбами, да еще обросшими раковинами мидий, даже в тихую погоду они неприятны для ног, а уж в шторм о них можно расцарапаться в кровь и даже разбиться. Береговые скалы и бетонные волноломы, столь живописные и притягательные для отдыха пловцов, для прыжков в воду и других развлечений, при высокой волне становятся очень опасными, о них может повредиться и лодка, и водный велосипед, и надувной матрац.
Так что заранее исключите всевозможные «дикие» пляжи и малоосвоенный берег. Как места прогулок в тихую погоду они еще могут устроить, но не более того.
Золотистые пляжи из крупного песка и перетертых морских раковин характерны для Керченского полуострова и Арабатской стрелки.
На мысах, где мощные волны бьют с сокрушающей силой, им могут противостоять только каменные хаосы из нагромождений многотонных глыб (крупные обломки горных пород) и валунов — так называют большие окатанные камни.
На востоке Крыма самые удобные пляжи образованы озерными пересыпями и наносами рек. На мысах берег усеян живописными скальными хаосами. При тихой погоде вода здесь чрезвычайно прозрачна, а ее толща богата морскими организмами.
В защищенных бухтах очень мелко, и вода прогревается до 17-20 градусов уже к майским праздникам. Крупный золотистый песок состоит из перетертых раковин. При волнении моря или большем числе купальщиков вода на пляжах все равно остается прозрачной.
Мелкий речной песок также золотистый, очень мягкий и приятный. Но появление в воде купальщиков быстро поднимает его, так что вода теряет прозрачность.
На Азовском побережье песок везде золотистый, но содержит разные по крупности и свойствам частицы. После каждого крупного шторма береговая линия и отложения разных типов песка резко изменяются, что впрочем интересно, поскольку море еще оставляет после штормов и всевозможные сувениры, в том числе золотые украшения самых разных времен – от античности до недавних.
Даже в шторм море лечит: воздух насыщается аэрозолями морских солей, благотворными для дыхательных путей. Это можно сочетать и с другими мощными оздоровительными процедурами, которые дарит морской берег.
Хождение босиком является своеобразным массажем точек на стопе, связанных нервными волокнами с сердцем, печенью и другими важными органами. Ходите и бегайте босиком — начинайте с мягкого щадящего покрытия, а потом переходите на крупный ракушечный песок, на округлые камешки и, наконец, на грубый щебень парковых дорожек.
Для песочных ванн лучшее время 10 — 12 часов утра, когда песок прогревается до 40 — 50°С. Он равномерно и достаточно долго отдает свое тепло, стимулируя окислительные процессы в организме и способствуя улучшению работы почек.
У мелководных золотистых ракушечных пляжей Азовского побережья и Керченского пролива в воде вдоль берега пролегает так называемый «бар» — отмель из мелкого песка. Вода прогревается в Азовском море до +28 градусов и летом всегда теплая.
Уникальный эффект любого купания — гидромассаж — на море достигает максимума: вода оказывает на тело давление — всенаправленное и переменчивое, особенно эффективное при движении в воде.
Продолжительность солнечного сияния на крымских курортах намного превышает уровень Ниццы, Сочи, достигая, в Восточном Крыму 2555 часов.
Однако бархатного сезона тут нет из-за холодных северо-восточных ветров, которые господствуют начиная с осени. Зимы малоснежные и неприятные из-за сырого пронизывающего ветра.
Прямые солнечные лучи с 12 до 16 часов губят уже не только микробов, но и на клетки кожи действует угнетающе. Так что проводите больше времени в тени и соблюдайте сиесту.
В благоприятные годы пляжный сезон начинается на Керченском полуострове на майские праздники, а заканчивается в октябре, это почти полгода! Впрочем, и любая неделя из этого времени поправит здоровье.
Сложный рельеф и мощь геологических процессов на Керченском полуострове определяют и большое разнообразие источников минеральных и термальных вод. В основном это вода с высоким содержанием сероводорода, как столовый напиток, она неприятна. Но имеет зато лечебный эффект ее очень высок.
Со всех сторон в побережье Керченского полуострова глубоко врезаны по бывшим речным руслам мелководные соленые озера – лиманы.
Большинство лиманов имеет глубину 10-60 см, прогреваются летом до 32°С, так что это скорее ванна, чем плавание. Рапа (насыщенный соляной раствор) лиманов эффективно используется в санаторном лечении. Грязи в крымских лиманах почти везде целебные, только мазаться ими на свой вкус да еще под палящим солнцем можно лишь для шутливой фотосъемки и ненадолго. Зато квалифицированное лечение грязями способно исцелять самые тяжелые недуги.
Лечебная грязь — бархатистая на ощупь, маслянистая, вязкая, черная, с запахом сероводорода, в состав которой входят окиси железа, калия, магния, кальция, соли натрия, калия и многие другие элементы.
Специалисты считают, что все известные в мире грязи превосходит по своим целебным свойствам озеро Чокрак на Керченском полуострове. Их состав еще и значительно обогащен уникальным грязевым вулканизмом.
Противопоказания для грязелечения: острые воспалительные процессы, туберкулез, опухоли, миомы, фибромиомы, кисты яичников, нефриты, нефроз, постинфарктное состояние, гипертоническая болезнь II и III стадии, геморрой, расширение вен на ногах.
Уникальными свойствами обладает также голубая глина. Она встречается в обрывах оврагов и морского побережья многих мест восточного Крыма (например, в бухтах Казантипа). Ценится она за моментальный косметический эффект для кожи и волос в сочетании с морской водой и солнечным прогреванием. Энергетика ее таит в себе силы вулканического извержения – это пепел, обработанный цунами.
Теперь кратко – что это такое и как применяется.
Голубая глина, или кил, кеффелит (от Кеффе, турецкого названия Феодосии), сапун, — восковидная, светло-зеленая или зеленовато-серая порода. В сухом состоянии легко крошится, в тонких краях просвечивает. Поверхность излома мылкая, если ее намочить слюной или водой. При прокаливании превращается в хороший зубной порошок.
При замачивании водой увеличивается в объеме, становится от воды тяжелой и вязкой.
Минерал с заковыристым названием монтмориллонит, образующий голубую глину, отличается подвижной кристаллической решеткой. Удивительные поглотительные, отбеливающие, лечебные и другие своеобразные свойства кила издавна применяют для стирки белья в морской воде (кстати, в горах и родниковая вода достаточно жесткая из-за растворенного кальция). Хорош кил и для осветления вин, фруктовых соков, в лечебных целях, для изготовления мыла и зубных паст.
Маски для волос, кожи лица и тела в сочетании с морской водой и теплом солнечных лучей прямо на пляже дают потрясающий эффект: смягчают и тонизируют кожу, очищают от угревой сыпи, отбеливают, разглаживают морщины. Они обладают антицеллюлитным, антибактериальным и антистрессовым действием. В нынешнее время со сложными и малопонятными аллергическими воздействиями, важно то, что голубая глина всего лишь за два сеанса (это мое достижение) устранила довольно болезненную и ярко выраженную экзему. Она годами выступала у ребенка на перебор с мармеладом (а скорее на пищевые красители и добавки к нему).
Однако, не лишним будет сказать и о противопоказаниях. Это заболевания сердечно-сосудистой системы, щитовидной железы, туберкулез. Зато голубой глине не помешают массаж, движение и физические нагрузки, купание. Только не смешите ее смывать, важно, чтобы ее действие сочеталось с теплом, серьезным потоотделением, стимуляцией биохимической активности клеток, рассасыванию воспалительных процессов т антиспазматическому действию. Глина должна полностью высохнуть на коже и начать сама осыпаться. Тогда уже можно обмыться в море и почувствовать необыкновенную выглаженность своей кожи.