25.03.2011

Йохан Брюнель: «Мы не школьники младших классов»

Йохан Брюнель разгневан. Бельгийский менеджер Team Radioshack не согласен с позицией Международного союза велосипедистов (UCI), который ведёт себя в отношении руководителей профессиональных команд так, будто они – школьники младших классов. Недавняя дискуссия стала, судя по всему, той самой последней соломинкой, которая ломает спину верблюду. «Это еще одно решение UCI, в которое мы не хотим быть вовлечены», — говорит Брюнель в интервью бельгийской Het Laatste Nieuws. И теперь, по мнению Йохана, пришло время занять жесткую позицию – бойкотировать Тур Пекина. Президент UCI Пэт Маккуэйд подозревает Брюнеля в том, что он является одним из инициаторов создания альтернативной лиги профессиональных велокоманд. «Если Маккуэйд озабочен этим, это его проблема», — такова реакция Брюнеля.

«Вся эта дискуссия, о которой сейчас так много говорят, началась с обращения Даниэля Билалиана, директора спортивной редакции французского телевидения. Он пожаловался организаторам ASO на низкие рейтинги трансляций этапов Тур де Франс. ASO обратились в UCI. Первым результатом этой дискуссии стало известное всем решение об отмене радиосвязи в ходе двух этапов Тур де Франс — 2009. Тогда я был против этого решения, так же, как против и сейчас», — поясняет Брюнель в самом начале своей беседы с журналистом Марком Гиселинком.

alt
Het Laatste Nieuws: Жалобы французских телевизионщиков по поводу снижения зрелищности гонок не имели под собой оснований?

Johan Bruyneel: «Ценность велоспорта для зрителей на самом деле не зависит от того, используется радио, или нет. Велоспорт — это очень сложный вид с точки зрения его освещения телевидением. Если взять первые десять этапов Тур де Франс, или все те этапы Вуэльты, которые проходят по пустынной местности — там просто не на что смотреть. Это то, что есть на самом деле. С наушниками, или без наушников — результат будет таким же. Если Кэвендиш в хорошей форме, можно заранее предсказать, что он победит. Таково реальное положение вещей — поскольку интересы велокоманд велики, их бюджеты огромны, а сами команды хорошо организованы».

HLN: Пэт Маккуэйд говорит о том, что в ходе дебатов были выслушаны мнения всех сторон.

JB: «Это ложь. В структуре UCI очень много комитетов. Маккуэйд всегда может спрятаться за этой ширмой, и переложить ответственность на комитет, функции которого никому непонятны. Он говорит о Совете профессиональных велосипедистов (Conseil du Cyclisme Professionel), но этот комитет не имеет права голоса. А демократические выборы в управляющий комитет вообще не проводились».

HLN: Почему Вы всё это время говорите о безопасности? Очевидно, этот аспект имеет большое значение.

JB: «Положение дел таково, что по прошествии энного количества времени было принято решение, которое напрямую касается работы гонщиков и деятельности команд, и при этом наше мнение осталось без внимания. Я присутствовал на встрече с представителями UCI в Женеве. Она продолжалась шесть часов, и ее итог не принес нам ничего.

В конце февраля Бьярне Риис, Патрик Лефевр и Гарольд Кнебель вновь ездили в Женеву. После пяти минут полемики они поняли, что к их мнению не хотят прислушиваться. Они вернулись домой разгневанными. Это стало той самой последней соломинкой, которая сломала спину верблюду. Мнения команд и гонщиков не принимаются во внимание. Пэт Маккуэйд всегда говорит так: «Вы не являетесь главными игроками в велоспорте». Я не согласен. Мы чувствуем себя, как маленькие дети, которых постоянно пытаются воспитывать. Вот в чем суть конфликта. Когда ключевые фигуры и заинтересованные лица продолжают высказывать свою точку зрения, вы должны задать вопрос самому себе. Но если вместо этого, вы упорно продолжаете искажать факты, как это делает Пэт Маккуэйд, значит вы плохо справляетесь с работой в должности президента UCI».

HLN: Маккуэйд говорит, что он хочет большей свободы для гонщиков. Он говорит, что гонщики должны вернуться к тому, чтобы полагаться только на свою интуицию.

altJB: «UCI не делает ничего для развития велоспорта. Они каждый раз делают шаг назад, вместо того, чтобы развивать наш спорт. Они выступают против новых технологий, и запрещают всё новое. Вы не можете полностью отрицать тот факт, что профессиональный велоспорт — это бизнес, где на карту поставлены огромные коммерческие интересы. Я много раз говорил Пэту Маккуэйду, что я не знаю примеров отношений между работодателем и работником, где работодатель не мог бы отдавать приказы подчиненным. Если вы платите кому-то деньги, у вас должна быть возможность давать подчиненным указания. Маккуэйд жалуется, что гонщики отказываются подчиняться его решениям. Это верно. Действительно, гонщики команды не обладают полной свободой принятия решений относительно тактики. Если у меня есть лидер, и если у меня есть стратегия, то каждый должен уважать эту стратегию. У гонщика, который с этим не согласен, возникнут проблемы со мной. Или он может выбрать другую команду, где будет гоняться. Это не компетенция UCI — решать, как мне поступать в той или иной ситуации. В UCI должны понимать, что мы защищаем коммерческие интересы, и что профессиональный велоспорт, в первую очередь, КОМАНДНЫЙ вид спорта. Нет, гонщики не могут полностью решать, что им делать. Если Маккуэйд жалуется на то, что мы предостерегаем гонщиков от неповиновения, он прав».

HLN: Президента UCI также беспокоит тот факт, что вы, возможно, ведете за его спиной переговоры о создании коммерческой лиги — Мирового велосипедного тура (World Cycling Tour).

JB: «Маккуэйд процитировал слова из моего блога. Я проверил, что я написал. Если у него возникли ассоциации с чем-то, что его беспокоит, это его проблема. Контракт с RadioShack заканчивается в этом году, и, возможно, я вел переговоры с компаниями о новом спонсорском соглашении. Может быть, я хочу оставить велоспорт. Или, может быть, я говорю о чем-то, касающемся моей личной жизни. Маккуэйд сделал свое заключение в открытом письме гонщикам, и посчитал, что он может разослать подобные письма с похожим содержанием в другие организации…»

HLN: То есть всё это — плод воображения Маккуэйда?

JB: «Конечно, это слухи. Команды собираются вместе, чтобы обменяться мнениями. Мы должны объединяться и стоять друг за друга. Это также следствие того пути, который избрал UCI, когда они постоянно нас третируют. В своем открытом письме Маккуэйд пытается разрушить наш союз. Его принцип – «разделяй и властвуй», и это очень недальновидно с его стороны. Он пытается внести раздор между гонщиками и руководителями команд. Это письмо написано от безысходности. Что бы это ни было — коммерческая лига, система наподобие той, что существует в Формуле — 1, или что-то еще, я полагаю, что велоспорт не будет существовать без UCI. UCI остается управляющим органом в велоспорте, и в том, что касается деятельности профессиональных велокоманд. Но, если несколько команд объединяются вместе, для UCI это уже представляется проблемой. Затем начинаются звонки и угрозы. Знаете, я вам скажу так — мы больше не тревожимся по поводу угроз Маккуэйда. Если он будет продолжать двигаться по тому пути, который он выбрал, возможно, мы закончим со всем этим, или, может быть, случится еще что-нибудь».

HLN: Может ли жесткая позиция команд сама по себе привести к расколу?

JB: «В конечном счете, мы хотим увидеть, что это к чему-то приведет. Мы хотим положительного решения этой проблемы. Двадцать четыре команды, представляющие Мировой тур (World Tour) и дивизион Проконтинетальных команд, единогласно решили бойкотировать Тур Пекина. Были протесты на Майорке, или на Het Nieuwsblad, но на тех гонках мы не наносили удар по UCI. В Пекине UCI является движущей силой. Мы осознаем, что идут процессы глобализации велоспорта, и Китай представляет собой большой рынок для продвижения продукции. Но решение организовать многодневку в конце октября — это не укладывается в наших головах. Это еще один пример того, как UCI поступает с нами. Мы не марионетки. Мы требуем уважения к себе. Снова возвращаясь к вопросу об отмене радио: UCI может запретить радиосвязь, но это не сможет помешать мне взаимодействовать с моими гонщиками. Если не будет радиосвязи, я буду передавать указания гонщикам другим способом. Я уже столько лет нахожусь в гонках — так что, поверьте, я найду способ передать указания своим гонщикам. Единственный способ помешать мне это делать — это выгнать меня отсюда».

«We zijn geen leine kinderen» / «We are not little school boys»

Схожие записи