Сегодня мало кто обращает внимание на этот небольшой провинциальный городок, расположившийся неподалеку от горы Агармыш. Пожалуй, лучше всего о нем сказала Юлия Друнина: «Куры, яблони, белые хаты. Старый Крым на деревню похож. Неужели он звался Солхатом и ввергал неприятеля в дрожь». Он действительно был другим. Блеском и богатством столицы Крымского улуса Золотой Орды восхищались арабские и даже китайские путешественники. О его мечетях, дворцах и мавзолеях восторженно писали летописцы. Он играл важную роль в политической жизни полуострова и был одним из его крупнейших торговых центров.

После того, как столица Крымского ханства была перенесена в Бахчисарай, город все же сохранял свою роль, выступая главным форпостом ханства на границах с генуэзскими владениями. Эта часть Крыма, начиная с XI века, активно заселялась армянами, бежавшими от турецких преследований. Число армян здесь было столь велико, что в некоторых ах эти территории именовались Причерноморской Арменией. В окрестностях Солхата находились религиозные центры армян, один из которых — монастырь Сурб-Хач («Святой крест»), прекрасно сохранился до наших дней и представляет собой одно из лучших творений армянского зодчества. Напоминающий каменную крепость, расположенный в красивом лесу, среди гор, он вносит свой неповторимый колорит в ожерелье архитектурных шедевров Крыма. К сожалению, время оказалось не столь благосклонным к другим архитектурным памятникам Солхата.

И все же в городе многое напоминает о его запутанной и непростой истории, о людях, волею судьбы оказавшихся здесь, а иногда закончивших в этих местах свой жизненный путь. Могилы одних из них, как, скажем, знаменитой авантюристки Жанны де Аа Мотт-Валуа, послужившей прототипом героини А. Дюма «Ожерелье королевы», под именем Жанны Гоше бежавшей из тюрьмы во Франиии в Россию и умершей в Старом Крыму, безнадежно затерялись. Память о других хранят каменные плиты на старокрымском кладбище. На этом месте невольно начинаешь думать о великой тайне жизни, соединившей судьбы разных людей и, несмотря ни на что, оставшихся рядом друг с другом даже после смерти. Так случилось с женой Александра Грина, после мытарств и заключений в концлагерях вернувшейся в Старый Крым и похороненной рядом со своим мужем. Так случилось с Юлией Друниной, добровольно ушедшей из жизни и, согласно завещанию, похороненной рядом с тем, кто стал ее последней опорой в жизни, кого она любила и кого любила вся страна, — ведущим «Кинопанорамы» Алексеем Каплером. Он заставил ее, фронтовую сестру, прошедшую войну и написавшую пронзительные строки об ее ужасах, по-новому смотреть на мир, «переобул в хрустальные туфельки» из «солдатских сапог». Так случилось, что последним убежищем столичного киносценариста, автора самых известных советских фильмов, обласканного Сталиным и им же наказанного многолетними тюрьмами за любовь к дочери вождя, стало старокрымское кладбище

Здесь тайна поселилась навсегда.

Ее хранит здесь каждый крест и камень.

Она среди надгробий и развалин,

Как знак всех тех, кто лег в эти места.

Страстей каскад, блаженства тишь, Хранит Солхат и Агармыш.

Мечты мираж, фантазий взрыв — Это Сурб-Хач и Старый Крым.

***